В осенний дождливый вечер на подоконнике сидела ворона и не собиралась улетать.

– Как она сюда попала? – спросила Зоя, – похоже у нее крыло сломано, но как она долетела до нас? Странно, и мне это не нравится.

– А тебе бы только во всем найти подвох, – сказала Оля, – все не слава Богу. Нет, чтобы птицу пожалеть, крыло ей вылечить, так тебе сразу мерещятся бесы.

– Я только знаю, что ворона не к добру. – ответила Зоя и подошла к птице.

Девушки жили в Общежитии Института, трое в одной комнате. И хотя характеры и мировозрения у всех были разные, они старались находить общий язык, так как интуитивно понимали, что гораздо выгоднее жить в мире и согласии в тех условиях, в которых они пока что вынуждены были находиться.

Оля стала звонить в ветеринарную клинику, Зоя искала информацию на Интернете как вылечить птицу в домашних условиях. Уже к вечеру вернулась с вечерней работы Таня.

– Это еще что за новый жилец у нас? Кто притащил от доброты душевной? – спросила она.

После краткого рассказа, стали голосовать если оставить птицу у себя и лечить, или отдать в ветеринарную клинику и заплатить за лечение. Зоя настаивала на втором варианте, Оля хотела лечить дома, Таня сидела подперев подбородок рукой и хихикала.

– Поймите, девочки – сказала Зоя, – ворона – это не хороший знак.

– О каком же сострадании ты всегда говоришь, если несчастную птицу хочешь выбросить за окно? – запротестовала Оля, – Она такая же Божья тварь, а все твои суеверия только бабушкины сказки. Вот в церковь ты не ходишь, все втихоря читаешь какие-то сектантские книги, дружелюбная такая ко всем, а птичку не жалко.

– Крысы тоже Божьи твари, и Гитлер имел те же части тела, что и мы с тобой. – парировала Зоя, – Я не призываю изгнать ворону, но, вылечив, нужно отпустить ее на волю. А в церковь я очень даже хожу, только не ногами, а сердцем.

Уже было поздно, все устали, и на споры не было сил.

Поскольку мнения разделились, ждали Таниного решения. Она была на курс старше, являлась старостой этажа и имела авторитет. Вердикт был вынесен:

– Хватит болтать о ерунде, завели «церковь», «философия», фигня это все. Вот конкретная ситуация – больная ворона. Оставляем ее, лечим, и потом отпускаем обратно к сородичам. Все, по горшкам и спать.

Зоя вынуждена была согласиться с этим решением. Будучи русской по рождению, она все годы до поступления в Институт прожила на Востоке, где служил ее отец. Чтобы не приютить нуждающегося, будь то человек, зверь или птица, не могло быть и речи.

За все это время ворона сидела смирно и поглядывала на Зою победоносным взглядом. Глазищи у нее были хитрющие, ну прямо как у Черного Декана. Декана так прозвали за то, что он постоянно одевался только в черное и всегда всех подбивал на распри и ссоры.

Два дня ворона, которой дали кличку Варя, пребывала в комнате. Студенты стали навещать птицу, принимать участие в ее лечении, и привязываться к ней. На пятый день Зоя предложила купить ей просторную клетку, чтобы убирать было легче и быть уверенными, что птица не повредит себя еще больше. Когда речь зашла о том, чтобы скинуться на клетку, то большинство стали увертываться от кооперации. На общей кухне Зоя сказала:

– В Любовь вкладывать надо не рафинированные слюни, а дела, а иногда и деньги. Вот начнет летать ваша возлюбленная, и тем, чем вы ее сейчас кормите, будет на вас же и испускать. Да еще и свысока. Давайте деньги на клетку, жадины!

Кто-то сказал:

– А это к счастью, когда птичка запачкает. Может и клетка не нужна?

Таня оказалась на кухне и вступилась за Зою:

– Вот уж счастье когда на тебя сверху гадят. Да еще считать это за счастье! Под зонтиками ходить что ли? Давай кто сколько может и покупаем клетку.

На следующий день Варя стала обживать свою комнату-клетку в комнате общежития. А через месяц обнаружили, что это ворон, но имя Варя за ним так и закрепилось.

Студенты стали брать Варю на руки, ходить с ним по коридорам, и еще сильнее привязываться к птице. Тем временем крыло стало заживать и Варя начал летать. Но никто не хотел с ним расставаться и выпускать на волю. На улице стояла уже зима и сам ворон тоже не стремился покидать уютное пристанище.

И все же Зоя, Оля и Таня предложили разместить клетку в коридоре, чтобы все ухаживали за Варей, и убирали по расписанию.

Все это время до коменданта общежития не доходили сведения о вороне. Но шила в мешке не утаишь. Также у Вари появились поклонники и недоброжелатели. В обоих лагерях также начался раскол на безусловных поклонников  и поклонников с условиями. Среди оппозиции разделение было тоже того же порядка.

К коменданту отправились ходоки из недоброжелателей с просьбой разобраться с вороной. Комендант был мужчина строгий, животных рассматривал только со стороны полезности или угрозы. Для него существовало три типа представителей животного царства: мыши/крысы, коты и собаки. Также подпунктом проходили и тараканы. Птицы в этот перечень не входили. После инспекции всех помещений и обнаружения многочисленных следов работы Вариного желудка, комендант приказал выдворить птицу в течении 48 часов.

В лагере поклоников возникла паника. Было решено обратиться к Черному Декану за помощью. Несколько студентов, из тех, которые хотят сдать экзамены любой ценой, пошли к Декану.

– Валерий Семенович, без Вас никак не обойтись. Очень нужна Ваша помощь. – так обратились студенты к нему, – мы ведь и птичку назвали в Вашу честь. А ее выгоняют. Почти что если бы Вас выгоняли. Она у нас как символ Вашего предмета, да что говорить, и могущества в Институте. Защитиииите!

Уже вечером Декан пошел в общежитие, захватив с собой бутылку хорошей водки и коньяка. Комендант и Декан сидели до позднего вечера и наутро официальное разрешение на проживание вороны было оглашено.

Оба лагеря стали еще больше ополчаться друг против друга. Это стало отражаться на успеваемости и оценках.

*  *  *

Наступили первые теплые дни весны. На общем собрании подняли вопрос о том, чтобы выпустить птицу на свободу. Собрание окончилось ничем, так как начались жаркие споры, переходящие в скандал. Старшие студенты во главе с Таней предложили письменное голосование. И на следующий день семь голосов за Варину свободу перевесили голоса стана поклонников птицы.

В солнечный субботний день клетку вынесли в парк, открыли дверцу и… Варя вышел из клетки, прошелся по земле, и вернулся обратно. Тогда Таня взяла птицу на руку и пыталась подбросить ее, дав ей возможность взлететь. Варя действительно взлетел и даже улетел на какое-то расстояние, но вернулся и больше лететь не желал. Возглас восторга раздался в парке и птица вернулась в родные Пенаты.

Для многих это было сильным поражением, но приближались летние каникулы и это обстоятельство сглаживало удар.

Через неделю, в субботу, Зоя пошла в оперу с молодым человеком. Это были первые романтические встречи, обещающие перерасти в серьезные отношения. Зоя была в хорошем настроении. К тому же у нее был повод надеть очень дорогую накидку-манто известной компании, которую ей прислали из-за рубежа друзья родителей. Накидка была праздничная, яркая, красивая, хоть на стену вешай вместо картины.

После спектакля молодые люди зашли в кафе, потом гуляли по улицам города и Зоя вернулась в общежитие около трех ночи. Было тихо, несмотря на выходные.

На ночь клетку закрывали на замок дежурные на случай если кто-то из стана оппозиции захочет выпустить ворону втихую. Но Зоя не могла поверить своему счастью: клетка была открыта и Варя сидел рядом с дверью. В коридоре никого не было и у Зои были считанные минуты на то, о чем она мечтала целый учебный год.

Зоя подошла к клетке и пыталась взять птицу, но Варя начал клевать ей руки и стал отбиваться. Перед Зоей пронесся весь этот год, так хорошо начавшийся, переросший в ссоры, распри, головную боль и обиды. Также представился молодой человек, прекрасно проведенное время, ощущение радости и счастья. Зоя подумала о том, что она выбирает вот это чувство, чувство полета и восторга. Она стянула с себя накидку. Только одно мгновение продолжалась борьба между накидкой и Варей, между Моим и Миром для Всех. Зоя завернула птицу в материю и вышла на улицу через запасной ход.

Она шла пешком к окраине. Транспорт еще не ходил, да она и не хотела, чтобы ее видели с подозрительным свертком. Зоя шла долго, сняв туфли. Уже начало светать, когда она добралась до лесочка.

Варя пригрелся в накидке и будто даже уснул. Зоя развернула порванную и испорченную ткань и сказала вороне:

– Пожил ты у нас, спасибо тебе за урок. А теперь пора тебе улетать к своим родственникам. Не прилетай обратно. Нет тебе дороги назад. Никто из нас не победил и не проиграл. Разойдемся мирно. Была ты птицей несчастья, стань же птицей Счастья! Лети!

Зоя подбросила птицу и Варя полетел. Сначало он взлетел на ветку, посмотрел долгим взглядом в глаза Зое, покивал головой и улетел навсегда.

Зоя помыла лицо, руки и ноги в ручье, надела туфли и, оставив накидку в урне на остановке, поймала такси. Она вернулась в Общежитие к 8 утра. Там уже была суматоха.

– Что случилось? – спросила Зоя.

– Ну ты и загуляла на всю ночь! – посмеялась Таня, – и пропустила самое интересное. Ворона-то исчезла! Кто-то забыл клетку закрыть и она, наверное, через окно улетела. Через наше окно прилетела осенью, а через другое улетела весной.

Подошло время экзаменов. Много студентов трудно сдавали их, так как все перепетии с вороной все еще давали о себе знать. Но были и такие, кто сдал экзамены хорошо, несмотря на слабую подготовку. Все таки Декан помнил Варю и его приверженцев.

Подошли и летние каникулы. Несколько месяцев отдыха перед следующим учебным годом. Надо к нему подготовиться. Не то кто его знает, что новый год принесет в Общежитие. Свинью подбросит или Жар-Птицу?

 

 

Advertisements